Новинки российской промышленности: Беспилотный автобус, летающий мотоцикл и умный чемодан

05.06.2017
На Петербургском международном экономическом форуме директор направления «Молодые профессионалы» АСИ Дмитрий Песков рассказал в интервью «Комсомольской правде» о новых перспективных разработках компаний – участников рынков НТИ.

Петербургский международный экономический форум на этот раз был очень технологичным. По пассажу «Экспофорума» ездили роботы от Сбербанка. Они даже научились делать комплименты девушкам. На стендах стояли: квантовый передатчик, летающий мотоцикл и беспилотный автобус от «КамАЗа». О том, какие новые разработки можно назвать перспективными и смогут ли они снять нас с нефтяной иглы, мы поговорили с руководителем направления «Молодые профессионалы» Агентства стратегических инициатив Дмитрием Песковым.

ПОМОГАЕМ НОВЫМ КОМПАНИЯМ РАСТИ И ЗАХВАТЫВАТЬ МИР

- Чем в принципе занимается Агентство стратегических инициатив?

- Сегодня АСИ продюсирует целый ряд направлений, технологий и людей, которые способны создавать технологии. Это новые способы квантовой коммуникации. Это летающие мотоциклы. Это беспилотники на экспорт. Это беспилотные автобусы на улицах российских городов. Это новые электрические сети для удаленных российских деревень и поселков. И это люди, которые способны эти технологии создавать и внедрять в жизнь, в реальность. Это интереснейшие направления – про то, как переделать еще советскую легкую промышленность в креативные кластеры, которые создают модные коллекции на мировой экспорт. Это темы, с которыми мы работаем.

- Каков ваш принцип работы?

- Мы прогнозируем будущее. Но, в отличие от обычных экспертов, берем на себя ответственность за реализацию наших прогнозов. Мы определяем новые рынки, которых еще не существуют, но которые прямо сейчас возникают. Цифровое здравоохранение, новый рынок технологической моды. И на этих рынках мы находим команды, которые способны создавать реальные продукты, которые можно пощупать руками, которые можно продать в мире или в России. И дальше мы вместе с ними определяем, как надо помочь. Кому-то нужны деньги, кому-то нужно поменять руководство вуза для того, чтобы там начали готовить нужные кадры. Кому-то нужно изменить нормативные акты так, чтобы, например, если студент сделал стартап, его можно было засчитать в качестве диплома. Снимаем нормативные ограничения, привлекаем инвестиции, находим нужных партнеров для того, чтобы эти новые компании – национальная гордость - могли расти и захватывать мир. Такая скромная задача.

- Вы делаете некий прогноз и потом даете какие-то рекомендации чиновникам?

- Не просто рекомендации. Как правило, наши форсайты иногда через неделю, иногда через год, но воплощаются в решения правительства, министерств, рекомендации уже исходят не от нас, а от президента России, и мы разворачиваем систему управления в нужную сторону. А рецепт очень простой. Мы с чиновниками работаем как с людьми. Есть некоторые вещи, в которых существует национальный консенсус, с которым все согласны. Например, мы все хотим, чтобы наши дети получали лучшее в мире образование и готовились под профессии, которые будут нужны в мире будущего. Тяжело с этим спорить. Вот мы сделали атлас новых профессий – там под 300 профессий, которые сегодня возникают. И дальше со школьными учителями, с университетами меняем учебные программы, вводим их, легализуем. В прошлом году мы легализовали профессию «оператор беспилотного летательного аппарата». Сегодня в стране уже десятки программ, которые готовят в разных регионах под эту профессию.

- Имеются в виду дроны?

- Да. Причем это рабочая профессия. Это не высшая магистратура, это профессия, которую получают в ПТУ. Или в колледжах. Еще пример - оператор мобильной робототехники. И здесь консенсус, все политические силы согласны с необходимостью это делать.

- Вы меня поразили словосочетанием «летающий мотоцикл». Что это?

- Он рядом здесь стоит (на стенде недалеко от студии «КП» во время ПМЭФ. - Прим. Ред.). Летающий мотоцикл. Любой человек может «загуглить в Яндексе» и увидеть, как этот мотоцикл летает. Мы надеемся, что через год-два первые поступят в продажу. Это российское производство. Обсуждаем выбор производственной площадки. Несколько дней назад по Невскому уже ездил беспилотный автобус. Его можно увидеть в социальных сетях. Есть видео. Это уже реальность.

- А что еще мы сможем скоро увидеть на улицах в рамках ваших проектов?

- Большое количество дронов доставки медикаментов. Это самые разнообразные решения в области робототехники – от сервисной до производств. Это быстрое производство из композитных материалов спортивного оборудования. Сверхлегкие умные чемоданы. Одна из наших компаний собирается вывести в мир сумки, которые за владельцем бегают по аэропорту. Огромное количество решений по электрокардиограмме, которая снимается врачами удаленно. Некоторые уже есть в продаже. Это российское производство. Или вот еще. У нас есть прекрасный продукт – нейрокепка. Она не дает уснуть водителю в дороге. Ведь огромное количество ДТП происходит, когда дальнобойщики засыпают за рулем. А здесь вы надеваете кепочку, она считывает ваш альфа-ритм. И в нужный момент она вам световыми, звуковыми сигналами делает так, чтобы вы не уснули. И таким образом предотвращает ДТП. Можно уже купить в интернете.

ЕСЛИ ПОКУПАЮТ ЗА РУБЕЖОМ, ЗНАЧИТ, ВЫ ДЕЛАЕТЕ ХОРОШО

- О каких рынках идет речь? Внутреннем или внешнем?

- Конечно, замахиваемся на мир. Это всегда глобальные амбиции. Потому что мы глубоко уверены в том, что нет отдельного российского рынка. Если уж делаешь какой-то продукт, надо заниматься не импортозамещением, а импортоопережением и создавать продукты, которые можно выводить в мир. А внедрять в первую очередь мы можем в России. И это прекрасно, когда Россия становится таким полигоном для внедрения передовых технологий. Важно, чтобы они не только в России оставались. Чтобы они сразу шли на экспорт. Если у вас вещь покупают другие страны, значит вы делаете не фигню. И это очень простая штука. Если вы внутри делаете что-то, вы можете как-то договориться с чиновниками, чтобы они как-то вам это зачли. Например, на госзакупках у вас этот продукт взяли. А когда у вас покупают другие страны, значит вы делаете хорошо. И вот это правильный критерий.

- Самое большое ограничение, которое мешает нам делать хорошо, это производительность труда. Она у нас на очень низком уровне. Почему?

- Производительность труда - это способность сделать определенный объем продукции за определенное время. Я думаю, одна из проблем состоит в том, что мы подходили к решению этой проблемы бухгалтерски. Честно говоря, до сих пор подходим. Такое впечатление, что мы правильно цифры перекинем из одного столбика в другой, и у нас производительность труда волшебным образом вырастет. Конечно, есть большой потенциал в росте производительности за счет нормативного изменения. Давайте поменяем налоговый режим и все остальное. Но я думаю, что ключ в человеке, который стоит на конкретном месте и за конкретное время должен сделать конкретный правильный объем продукции. И вот здесь у нас есть движение WorldSkills, которое мы создали несколько лет назад, в котором сегодня работают все регионы. Половина колледжей в стране выпускают сейчас студентов по стандартам WorldSkills. Это как раз не фантастика, а способность за конкретную единицу времени сделать стандартный качественный продукт. Мы же знаем про проклятье русского человека, анекдот про «АвтоВАЗ»: место проклятое. WorldSkills позволяет сделать так, чтобы мы делали хорошо массовый продукт. Потому что русский человек креативный, ему скучно делать одно и то же. С ним надо работать. И вот это – производительность труда. Когда ты делаешь массовое стандартное производство. И делаешь его хорошо.

- Получается, менталитет нужно менять для этого...

- Конечно. И даже страшная вещь – в нейрофизиологии. Мы в рамках WorldSkills сделали передовую мировую практику. И сегодня к нам приезжают десятки стран мира учиться тому, как готовить рабочих и инженеров для новых отраслей. В Краснодар заявилось 40 стран приехать к нам и учиться. Это не Африка. Это США, Канада, Китай, Япония, Южная Корея. Приезжают в Россию и учатся тому, как готовить кадры для новых отраслей.

НЕОБЯЗАТЕЛЬНО БЫТЬ КОРПОРАЦИЕЙ, ЧТОБЫ ЭКСПОРТИРОВАТЬ СВОЙ ТОВАР

- Вторая часть проблемы – технологическое отставание. Увеличить производительность труда можно за счет автоматизации. Это требует больших инвестиций? Или тогда у нас высвободится слишком много рабочих рук?

- Вы правы, это одна из самых серьезных проблем, связанных с производительностью труда. Потому что, если захотеть решить эту проблему формально, ее можно решить довольно быстро. У нас есть огромные корпорации, например, в группе компаний «РЖД». Там два года назад работало больше миллиона человек. Если проводить сокращения, можно уволить 300 - 400 тысяч. Но вопрос – куда денутся эти люди? Это бесчеловечно. Это вредно для экономики. Поэтому просто производительность труда не является панацеей. Мы сначала должны создать массовые новые профессии, мы должны найти для них новые рынки. И потом уже переподготавливать людей в эти новые рынки.

- Есть ли такие рынки?

- Да, есть. Например, тот же рынок легкой промышленности, который мы сейчас распаковываем в рынок моды. Если раньше на ткацкой фабрике работало 2 тысячи человек, сейчас может работать 20 человек. Ивановские вузы выпускают 42 тысячи студентов. Готовить их под старые рынки просто нельзя. Что мы делаем с губернатором Ивановской области, с Министерством промышленности и торговли. Давайте мы поменяем процесс подготовки в университетах, чтобы они выпускали не человека у станка, а команды, которые бы, например, в качестве дипломной работы создавали коллекцию на 3D-принтерах, высокотехнологичную, с использованием больших данных, новых материалов. И продавали ее на глобальных рынках. Раньше это было невозможно. Потому что это было очень дорого. А сейчас, когда появились такие платформы, как Alibaba, вы можете, просто отправляя свою продукцию из дома посылками, торговать на китайском рынке. У вас издержки минимальны. Цифровые платформы, цифровая экономика позволяют эти новые рынки по миру распаковывать. Сегодня бабушка в маленькой деревне в Новгородской области, которая делает маленький, но красивый дизайн, Гжель, например, ее спокойно можно по всему миру дешево продавать. И эта новая реальность сегодня сложилась. И весь наш потенциал от народных промыслов до рынка легкой промышленности можно сегодня предъявить миру и продавать его. Экспортными компаниями становятся не огромные монстры типа «Росатома» или «Ростеха», а десятки тысяч индивидуальных предпринимателей. Важно показать им эти рынки, важно их открыть, снять нормативные барьеры и дать возможность творить и продавать свое творчество по миру. У нас огромное количество примеров, где люди это делают.

С НЕФТЯНОЙ ИГЛЫ НЕ СЛЕЗЕМ, НО ЗАРАБАТЫВАТЬ НА НОВЫХ РЫНКАХ БУДЕМ

- Что касается цифровой экономики, это некий тренд, который сейчас сильно будет влиять на развитие всей экономики. Что нас еще ждет в ближайшие годы?

- Множество интересного. Во-первых, это наращивание качественных госуслуг. Мы видим сегодня, как уже во многих крупных городах исчезли очереди, не надо стоять в них, чтобы получить загранпаспорт, чтобы оплатить штрафы. Множество всего интересного. Что ждет многих водителей, которые сегодня любят лихачить на дорогах. У нас до этого внедрялись камеры, они взимают штрафы. Решение, которое сегодня разрабатываются, - поминутное КАСКО. Вам не надо платить 50 или 100 тысяч рублей в год, что очень дорого. Вы сели в машину, на своем телефоне нажали кнопочку, и у вас КАСКО считается по минутам. Но есть хитрость. У вас очень низкий тариф. Но если вы начинаете превышать скорость на 20 км, у вас тариф в режиме реального времени подрастает. Если на 40 км, то еще подрастает. А если на 60, то деньги как в топку начинают уходить. Если вы начинаете играть в «шашечки» на дороге, тариф становится пятикратным. Или резко тормозите и резко разгоняетесь. В этом случае у вас тоже тариф растет.

- Мотивация лихачить сразу пропадает...

- Думаю, что через несколько лет мы от КАСКО и до ОСАГО доберемся.

- Вы часто общаетесь со стартаперами. По вашим ощущениям, у нас есть в будущем возможность слезть с сырьевой иглы?

- Я бы сказал, что в ближайшем будущем сырье останется в качестве основы нашего бюджета. Но дополнительные деньги, которые можно тратить на развитие, нам надо учиться зарабатывать уже на новых рынках. С иглы целиком не слезем, но убедимся в том, что свет с конце тоннеля есть. И это не свет идущего нам навстречу поезда.