В нашей стране более 80% экономики находится под прямым или косвенным контролем государства - почему вы вообще делаете такой акцент на предпринимателях и рынках?

Мы считаем, что эксперимент с построением госкапитализма в России уже показал неэффективность этой модели, и будущее – за эффективными моделями государственно-частного партнерства. Нам в целом не обойтись без значимой роли государства даже в новых областях экономики. Это показывает, к примеру, разворачивающаяся на наших глазах борьба между Яндексом и Google. Но делать ставку только на государственных гигантов – бесперспективно, нам нужны развитые цепочки поставщиков и экосистемы средних и малых технологических компаний.

Вы выбрали для НТИ девять рынков – ЭнергоНет, НейроНет, АэроНет, МариНет и другие. Почему вы начинаете с рынков? Почему «Нет» - почему они так странно называются? Почему именно эти девять?

Мировая технологическая революция замещает сложившиеся отрасли и создает новые рынки. Большинство западных технологических стратегий используют в качестве ключевой точки 2035 год: ближайшие десять лет они отводят на доработку технологических решений и вывод на рынок новых продуктов, а следующие десять лет уйдет на раздел мирового рынка и замещение существующих технологий. Например, нет ни одной крупной автомобильной компании, которая инвестировала бы в двигатель внутреннего сгорания или в человека за рулем после 2025 года – все они готовятся к беспилотному электротранспорту. Мы же пока продолжаем инвестировать в строительство отрасли, которой осталось жить 10 лет, и которая находится под контролем иностранных производителей, не собирающихся передавать нам интеллектуальную собственность по ключевым компетенциям будущего рынка.

Почему в названии всех рынков будущего присутствует слово ‘net’, то есть «сеть»? Все складывающиеся новые рынки либо используют физическую инфраструктуру Интернета, либо его протоколы, либо строятся по его подобию. По такому принципу будут работать «умные сети», связывающие множество производителей и потребителей электроэнергии – то есть ЭнергоНет. Так будут организованы системы транспорта будущего – АэроНет, АвтоНет и МариНет. Даже консервативные рынки, типа сельскохозяйственной техники, превращаются в сети киберфизических устройств, которыми владеет производитель, а фермеры пользуются им в лизинг и обновляют лицензии на программное обеспечение. То есть – все рынки будущего одновременно являются сетями.

Почему именно эти? Мы не верим, что может быть исчерпывающая модель описания будущего, и наш рецепт – это комбинация системного анализа и лидерской энергии. В пилотной работе над дорожными картами НТИ мы сделали ставку на очевидные рынки, где мы видим аналогичные движения в других странах, и где в России есть сильные лидеры и сообщества. Список рынков не исчерпывающий, и мы предполагаем запускать работу над новыми рынками каждый год. Если мы увидим, что упустили какой-то значимый рынок, мы стартуем работу над ним в 2016 году.

Те рынки, которые выделены в работу сейчас, организованы по следующей логике:

  • три из них касаются безопасности страны и ее системного обеспечения ресурсами: это рынок питания (FoodNet), энергии (EnergyNet) и безопасности (SafeNet)


  • три касаются преобразований в транспортной системе: это рынок беспилотного автотранспорта (AutoNet), воздушного транспорта (AeroNet) и морского / речного транспорта (MariNet)

  • и наконец три касаются наиболее важных сфер человеческой жизни, где происходят «сумасшедшие» технологические изменения: это рынок «цифрового» здоровья (HealthNet), новых финансов (FinNet) и нейрокоммуникаций (NeuroNet).

Где в НТИ место идеи о том, что для глобальной конкурентоспособности страна должна решать глобальные проблемы? Скажем, экологические проблемы или обеспечение населения планеты водой и продуктами питания?

Решение глобальных проблем – это возможная стратегия достижения глобального лидерства, через призму которой крайне важно будет посмотреть на все наши технологические инициативы. Мы обязательно сделаем это в рамках проекта, в том числе на Форсайт-Флоте.

Если я считаю, что вы не учли какой-то важный рынок, могу я выйти со своим предложением? Что нужно, чтобы меня услышали и мое предложение учли в дальнейшей работе?

Если вы считаете, что есть важный новый рынок, который нужно учесть в дальнейшей работе над НТИ, то прежде всего ответьте себе на следующие вопросы:

  • Есть ли в данной сфере возможность создать принципиально новые технологические стандарты? (то есть, является ли рынок новым)

  • Есть ли или нет в России сообщество предпринимателей и ученых, разделяющих идею о возможном появлении такого рынка? (то есть, существует ли лидерская энергия)

  • Есть ли или нет аналогичные международные проекты или консорциумы в том же направлении? (то есть, можно ли найти международных партнеров, с которыми может быть реализован запуск этого рынка)Если ответ на эти вопросы утвердительный, то просим вас подать в АСИ заявку на включение нового рынка, и мы обещаем организовать ее всестороннее публичное обсуждение и включение в случае положительного решения.

Зачем нам обсуждать новые рынки, если на носу у нас кризис, и нужно будет кормить страну?

Один из ключевых рынков НТИ – FoodNet, то есть рынок питания, решает задачу более эффективного производства, доставки и переработки продуктов питания с учетом потребностей больших городов. Этот рынок уже формируется на наших глазах, и хотя он достигнет зрелости через 15-20 лет, многие решения можно применять уже сейчас: к примеру, роботизация молочных ферм многократно повышает удои, контроль качества продукции и эффективность доставки до конечного потребителя – и подобная технология окупается за очень короткий период времени. К сожалению, потребитель пока не знает о большинстве современных технологических решений и не мотивирован их применять – и это является следствием текущей модели государственного стимулирования в данной сфере. Поэтому государство должно продемонстрировать новые приоритеты, чтобы запустить технологическое обновление. Практика показала, что наша страна способна быстро создавать целые отрасли сельского хозяйства – меньше чем за 10 лет из импортеров курятины мы превратились в ее экспортеров. В этой логике мы к 2035 году можем стать лидерами во многих направлениях высокотехнологичного сельскохозяйственного производства.

Зачем нам развивать новые технологические бизнесы, если под них еще нет рынка? Если они создадут что-то ценное, их купят либо Ростехнологии, либо Google.

Это один из ключевых рисков НТИ. Однако сама по себе продажа компаний российским государственным компаниям с глобальным потенциалом (типа Ростехнологий) или даже международным технологическим компаниям (типа Google) не обязательно плоха – на инновационных рынках это одна из рыночных стратегий, позволяющая создателям бизнеса капитализировать свои усилия.

Важно, чтобы оставалась часть новых бизнесов, которые решат развиваться самостоятельно и бросить вызов существующим гигантам в борьбе за новые рынки – именно такие компании и смогут стать новыми глобальными чемпионами. Задача НТИ в том, чтобы именно таких компаний было как можно больше, и чтобы у них сохранялся потенциал глобального роста. Как именно этого достичь – предлагаем решить вместе в ближайшие месяцы, мы открыты для идей и предложений. Одним из решений является практика корпоративных спиноффов – крупные корпорации должны научиться создавать свои венчурные фонды и выделять перспективные направления в отдельные бизнес-единицы. Другим – создание «патентных троллей» нового поколения в незанятых нишах. Третьим – практика переноса в страну IP и быстрого выращивания национальных чемпионов под государственный заказ, с заранее заложенной моделью экспорта на азиатские рынки. Варианты есть.

Почему упор делается на создание рынков, а не на развитие науки или технологий?

Сами по себе технологии не значат ничего, если на них нет спроса. Для этого, как правило, нужен рынок – и если технология не востребована рынком, то ее развитие становится затруднительным.

Безусловно, подход через рынки – не единственный возможный. Не менее важен взгляд через задачи государственной безопасности – так развивались многие современные рынки, от рынков энергоносителей и базовых продуктов питания до рынков кибербезопасности и космических запусков. Но максимальный эффект достигается там, где решаются обе задачи – удовлетворение рыночного спроса и государственная безопасность. Примером может служить проект ГЛОНАСС – одновременно это и госбезопасность в сфере геопозиционирования, и очень большой рынок для тех компаний, которые начали с ним работать. Возможно, форсайт-флот 2016 года будет организован именно через эту призму.